посвящается моему брату Мише
воздух на чердаке пах опилками, известкой и соленой рыбой, по цвету напоминал апельсин. сквозь деревянную крышу царапался зной
— если бы ты был осой, кого бы ты ужалил?
— тебя
— ну, серьезно
— тебя
смех
за мутным стеклом маленького окошка — соседский огород: картошка по колено, брошенная мотыга, рыжий кот под яблоней
— если бы ты был летом?
— ваш бог на той горе остался бы жив
медленное жужжание в тишине. у дымохода — несколько кирпичей, оставшихся ненужными в далеком довоенном году. если стукнуть по такому кирпичу вскользь топором, слышен звон. зачем ходить на крышу с топором?
растаявшее мороженое смеха
муха села на марлю с подлещиками и замерла
— зачем на небе облака?
— чтобы можно было потрогать небо
— ты трогал?
жара. стружка на полу спустя столько лет все еще колючая
— пойдем искупнемся
скрип двери
луч Солнца сквозь щель в крыше тусклый, как в стеклянной бутыке. джин древнего воздуха, запертый здесь век назад, засыпает примерно на год. пылинками оседает тишина
Серафим Герц
2025, Москва